#социопатия — Public Fediverse posts

Жанр: #Джен #gamelit #Сянся
Рейтинг: #G
Предупреждения: #алкоголизм, #жестокость, #ПТСР, #раздвоениеличности / #splitpersonality, #детинавойне / #childrenatwar, #рабство
Предыдущая глава: https://lor.sh/@risto/112855406985044048
Первая часть: https://lor.sh/@risto/112822923971093462
_
- Фило, почему они так со мной поступают?! - сквозь слёзы спрашивал у своего личного раба девятилетний Максимилиан Фарзини. - Это же гладиаторы, наша семья всегда их баловала, у них было всё, чего нет даже у граждан Нижнего города, не то что у бедноты из трущоб! Я и вовсе ими восхищался! За что?!

- Возможно им просто не хватало свободы, хозяин? - иронично хмыкнул двухметровый детина, лысый, как колено.

- А ты, тогда, почему всё ещё со мной? - подозрительно спросил мальчик, косясь на монструозных размеров утренню звезду в руках раба. - Не хочешь свободы?

- Хочу, - просто ответил тот. - Но, также, даже получив свободу я бы хотел продолжать служить вам, просто уже за жалование. Поэтому у меня и нет причин вас предавать, тем более, что спасая вашу жизнь я и так заслужу себе свободу: вы честный молодой человек и не посмеете мне отказать в этой маленькой просьбе, после всего случившегося.

- Понятно, - вздохнул Максимилиан, немного упокоившись. - Ты хитрый, но верный раб. Если я выживу, то конечно тебя отпущу, вот только платить жалование мне теперь тебе будет нечем. - Мальчишка не удержался и показал здоровяку язык.

- Ничего страшного: я готов поработать в долг, пока в городе вновь не воцарится порядок. Тогда вы сможете вернуть хотя бы часть имущества вашей семьи и расплатитесь со мной, - пожал плечами раб.

- А если этого не произойдёт?

- Тогда мы все в любом случае умрём. На кой мертвецам золото?

- Это ты верно заметил, предатель. - Дорогу Фило, несущему на закорках своего хозяина, перегородили трое других рабов. - Золото тебе уже не понадобится.

- Дяденьки, а давайте вы оставите ребёнка в покое, а я вас прямо сейчас возьму на службу, как свободных? - раздался из-за спин беглецов детский голос.

Оглянувшись, Максимилиан увидел группу из пятерых детей, включая Альфонса Корреру, в сопровождении Ариуса - палача городской тюрьмы. Но самое странное в было то, что говорил даже не Альфонс, а самый младший и бедно одетый из детишек, причём ни палач, ни сын патриция и магистра города почему-то не спешили его одёргивать.

- Не неси чушь! Нас освободить может только хозяин, или отсутствие всяких хозяев вообще!

- И попросить об этом хозяина, который прямо перед вами, и сейчас может спокойно говорить за весь свой род вы, конечно, не додумались?

***

- Макс - хороший парень, - прошептал товарищам Альфонс, пока они наблюдали за парой и мальчика и его раба, бредущей куда-то по улицам города. - Насколько вообще может быть хорошим потомственный работорговец, чей Домен оценивает рыночную ценность разумных, конечно. Будь это кто иной из этой паршивой семейки - я бы очень не советовал ему помогать, но Макс - другое дело.

- Прости, Альфонс, но я бы тебе приказал его спасать, даже если бы он был последней мразотой, - виновато посмотрел на друга Николас. - Хотя бы для того, чтобы мой род никто потом не называл "паршивой семейкой", понимаешь?

- Понимаю, но будь ты на моём месте, ты бы тоже этих тварей жалеть не стал, - насупился отпрыск Семьи Коррера.

- Может и так, но я не на твоём месте, и так поступить не в праве, - вздохнул юный лорд: это был уже не первый диалог на подобную тему, с тех пор, как он озвучил следующую цель их маршрута. - Лучше скажи: их способность к оценке, она как работает? Просто цену показывает, что ли? Но она же может быть разной, для разных городов и ситуаций! Или какой-то рейтинг ценности?

- Не, Макс, например, просто видит сильные и слабые стороны того, кого оценивает. Но, вообще, этот Домен работает по-разному, в зависимости от характера и личных качеств пользователя. Общий момент только в том, что Домен любого Фарзини тем или иным способом позволяет оценивать других разумных, кроме обладателей того же Домена.

- А какие ещё ты знаешь варианты их Домена? - спросил Николас, начиная что-то подозревать.

- Ну, у отца Макса Домен оценивал не таланты разумного, а то, насколько сложно его будет контролировать, и как можно на него надавить. Его дядя заведовал сетью борделей и мог видеть, это, всякие... грязные желания, а также оценить, насколько конкретный разумный может эти желания, ну... удовлетворить. Больше ничего не знаю!

К концу речи Альфонс был красным, как рак, а Лидия, на которую он всю дорогу старался произвести впечатление безуспешно пыталась скрыть брезгливость, испытываемую от услышанного.

"Лояльность Альфонса Корерры роду ди Раккун-Орино незначительно снизилась"

Это уже было второе такое сообщение с того момента, как они покинули парк. В первый раз лояльность понизилась из-за споров, надо ли помогать кому-то из Семьи Фарзини. Николасу было обидно осознавать, что преданность Альфонса может так легко дать трещину, однако он не подавал виду, что что-то заметил: опыт Николая подсказывал, что в их возрасте такая ветренность вполне естественна, и Альфонс ещё сотню раз успеет зауважать своего лорда пуще прежнего, если только он сам же не оттолкнёт друга своим недоверием.

- Отец торгует рабами и видит, как лучше воспитать из человека раба, - начал вслух подводить итоги сказанного Николас, позволяя другим повторить ход его мыслей. - Дядя содержит бордели и знает... как лучше всего угодить своим клиентам - Шестилетнее тело мальчика не испытывало никакого воодушевления от подобных тем, а только неловкость, лишь усугублённую воспоминаниями взрослой жизни, да и ещё больше смущать Лидию ему не хотелось. - Скажи-ка, я верно догадываюсь, что его отец обожал ломать непокорных людей, а дядя сам был тем ещё старым извращенцем?

- Ну да... - подтвердил его подозрения Альфонс. - Всё так. Хочешь сказать, дело не в том, чем они занимались, а им занятия подбирали, под силу Домена? Это логично, я бы тоже так делал, но какая нам разница, был человек изначально таким, или стал под влиянием своей работы? Наоборот, это же только доказывает, насколько эта семейка больная на голову!

- Мне нет дела до остальных Фарзини, раз они всё равно мертвы, - отмахнулся Николас. - Там из всей семьи остался только Макс, которому ты и сам мстить не хочешь, да, может, какие мелкие сошки, на которых можно пока забить. Ты о другом подумай: какой характер должен быть у парня из такой семьи, чей Домен беспристрастно оценивает таланты разумных? И какой пост ты бы сам ему дал, будь ты главой города, например?

Альфонс ненадолго задумался, а потом его глаза расширились и мальчик с размаху хлопнул себя ладонью по лбу:

- Хорошо, признаю: Макс - не хороший, а отличный парень, который нам нужен примерно вчера, причём нужен настолько, что за него можно кого-нибудь и убить. И Домен у его семьи на вес золота, только семья дерьмом казалась. Счастье, что выжил именно он.

"Лояльность Альфонса Корерры роду ди Раккун-Орино значительно повысилась"

- Хорошо, что ты так думаешь, потому что сейчас нам, возможно, это и предстоит. - Дорогу их цели заступила троица вооружённых рабов. - Лидия, сможешь создать мираж, чтобы мы смотрелись стоящими ближе к ним, чем на самом деле?

- Да, но ненадолго, это мне будет сложнее, чем невидимость, - ответила девочка.

- Надолго и не надо: только до того момента, как они клюнут на твою обманку, а потом отдыхай. Действуй.

***

- А нахрен нам его просить о том, что мы можем взять сами? - глумливо заухмылялся главный из гладиаторов. - И нахрена нам кому-то служить, тем более какой-то шмакодявке, когда можно просто стать хозяевами этого города, чтобы вы, мелюзга, мыли нам ноги, ваши матери ублажали нас, а ваши отцы сражались нам на потеху?

Максимилиану оставалось только переводить взгляд с одного говорившего на другого, пытаясь понять, что здесь вообще происходит. Почему говорит этот мальчик, и как он может взять кого-то на службу? Ну-ка, оценка!

"Достоинства: хорошая дикция, благородный, потомок коронованного зверя, носитель внешнего духа, реинкарнированный, гений, ветеран, избранник Фенри

Недостатки: приступы кровожадности, посттравматическое расстройство, усталость от войны, угроза раздвоения личности, риск развития клептомании, склонность к алкоголизму, склонность к разврату, избранник Фенри"

Много читая и изучая свой Домен, Макс знал, что означает то, или иное обозначение. Так достоинство "ветеран" обычно имели воины с минимум десятком лет реального боевого опыта, а с учётом достоинства "реинкарнированный" - такого он никогда раньше не видел, но смысл слова знал - ничего особо странного в наличии его у ребёнка не было.

Достоинство "благородный" Максимилиан видел ровно один раз, когда рискнул применить оценку на дочери соседнего правителя с Доменом Лорда. Теперь мальчику стало предельно ясно, почему от лица всех говорит именно этот "ребёнок"

Достоинство "потомок коронованного зверя" указывало на то, что в роду у мальчика был зверь, не просто обретший разум, а ставший героем, при этом внешним назывался дух, полученный от именованного зверя в наследство, что означало, что этот ребёнок не просто какой-то дальний потомок, а сын именованного зверя ранга героя!

После всего этого "гений" было даже не достоинством, а констатацией самого собой разумеещегося факта: не быть гением при таких исходных данных было просто невозможно, даже несмотря на внушительный список недостатков.

И этого монстра тут кто-то собирается заставить себе ноги мыть? После увиденного Максимилиану было уже откровенно жалко несчастного раба, который сам отказался от шанса получить свободу и статус, променяв его на, в лучшем случае, бесславную гибель.

- Да ты не только грязный раб, но ещё и труполюб, да? - криво усмехнулся предводитель детей. - Просто для справки: - указал он на своих товарищей - все они - сироты, которые смогли выжить там, где погибли их родители. Впрочем, моих предков можешь попробовать найти: самому интересно, как они выглядят.

"Ага, главное, успей вовремя убежать, когда их найдёшь, - с каким-то мстительным весельем подумал Макс."

- Ах, ты!.. - побагровел вожак и приказал: - Взрослого в расход, а юных "хозяев" берите живьём, парни, особенно этого мелкого - я его лично монстрам в Колизее скормлю! Покажем им, как "прекрасна" жизнь раба, в атаку!

Из боковых проулков выскочила сидевшая там в засаде пятёрка гладиаторов, которая, видимо, должна была отрезать беглецам путь к отступлению, и бросилась на детей, что под их ударами... развеялись по ветру, словно туман, появившись, затем, из воздуха дальше по улице.

- Чаша идёт по кругу три десятка и ещё три раза. Не откажи хозяину и приляг за стол, чтобы больше не встать. На пиру ёкаев чаша всегда полна - пей до дна! Симпозиум старого тануки! - За те секунды, пока враги атаковали приманку, спровоцировавший их малолетний отморозок успел скороговоркой выпалить активатор навыка, демонстрируя на деле ту самую свою хорошую дикцию.

Один из нападавших уже валился на землю, с арбалетным болтом в глазнице, а оставшиеся четверо вдруг утратили чёткость движений и зашатались, словно пьяные, не сильно утратив, однако, в скорости и боевом задоре

- Лапы золотого орангутана! - выкрикнул свой активатор Альфонс и одним движением окутанных духовной силой рук взвёл арбалет, который, обычно, перезаряжала пара взрослых солдат, причём ногами.

Однако самый быстрый из нападавших уже был слишком близко и мальчик не успевал выстрелить, чтобы защитить себя. Видя это, палач, заслонил его, к ужасу детей принимая удар шестесопером на себя...

Страшное оружие гладиатора проткнуло Ариуса насквозь, но вместо радости лицо его противника исказила гримаса боли, а на теле бойца появилась точная копия ран его жертвы. Вот только они не были частично закопорены оружием и беглый раб рухнул на землю истекая кровью.

Тем временем ещё один гладиатор упал, поражённый из арбалета, а бледный и заметно вспотевший Коррера с уже видимым усилием, но всё ещё довольно споро заряжал третий болт.

Трое других детей уже скрылись за домами, видимо не чувствуя в себе сил участвовать в бою.

Палач также вырвал из себя оружие и упал на колени, прижав обе руки к животу. Вот, только, в отличии от противника, для него ещё ничего не было кончено:

- Ужин краснобрюхого паука! Паучья регенерация! - выкрикнул мужчина два коротких активатора подряд и кровь из его ран не только почти мгновенно перестала течь, но даже, кажется, частично впиталась обратно в тело, в то время как его несостоявшийся убийца не только затих, но ещё и начал стремительно усыхать, превращаясь в мумию.

При виде этой картины оставшаяся пара нападавших резко остановилась, словно налетев на стену, а затем неловко бухнулась на колени. Более того, тот же жест повторили и трое гладиаторов в другом конце улицы:

- Идущие на смерть приветствуют уважаемого чемпиона Колизея!!! Просим прощения, что не признали!!! - хором рявкнули все пятеро.

***

- А сразу так нельзя было сделать? - недовольно спросил Николас, деактивируя навык, для которого больше не осталось целей.

- А ты меня разве об этом просил? - ответил вопросом на вопрос Ариус. - Ты сказал, что я тебе нужен, как врач, приказа атаковать кого-либо ни разу не отдал, даже боевыми навыками не поинтересовался. Ну и я решил тоже экономить силы, раз такое дело: мало ли, сколько ещё придётся на лечение пациента потратить?

- А вы, что же, бывший раб? - удивлённно спросила подошедшая к ним, вместе с остальными ребятами, Лидия.

- Не, - усмехнулся палач, потягиваясь и разминая руки. - Просто я был тем ещё отморозком в ваши годы, весь приют Бригитты тогда в страхе держал, включая некоторых воспитателей. А когда мне исполнилось 12, выяснилось, что никому настолько отбитый подручный не нужен, даже бандитам, не говоря уже о поиске нормальной работы. Годик покантовался среди авантюристов, но и там постоянно влезал в драки и не прижился, а после десятого этажа Башни даже в те времена одиночке ничего не светило. Но кто такого в группу возьмёт? В итоге, у меня остался выбор: либо сдохнуть с голоду, либо записаться в гладиаторы. И знаете, ребята: первую пару лет я был абсолютно счастлив, словно, наконец, вернулся домой, или зажил по-настоящему. Драки, драки, и только драки, даже за особо кровавое убийство тебя не тащат на кол, а только хвалят - я о таком и мечтать не смел. А потом противники, которых против меня выставляли, становились всё сильнее, а я, напротив, пресытился чужой кровью и болью. Мне больше не было весело. Но если ты попал в Колизей, то не важно, раб ты, или свободный - выйти можно или чемпионом, или трупом. Чемпион определяется на ежегодных больших играх: бои только насмерть, последний выживший отныне в любой момент может уйти, причём если он был рабом, то Колизей выкупает его и дарует свободу. Один билет на выход в год. Я выживал и тренировался ещё шесть лет, прежде чем почувствовал, что готов. В 21 год я стал чемпионом Колизея, и к тому времени мне насколько осточертело любое насилие, что на следующий же день я распрощался с этой демоновой клоакой и пошёл работать санитаром в больницу, в обмен на еду и ученичество у лекаря. Там у меня окончательно и пробудился мой Домен. Так-то, в некое особое состояние, в котором лучше знаешь, как больнее ударить или сломать какую кость, я начал впадать в боях ещё лет с 14, но всё это было как-то обрывочно и совершенно неконтролируемо, даже в Системе никак не отображалось. Оказалось, что чтобы раскрыть этот Домен полностью, надо было научиться не только мучить и убивать, но и лечить и спасать. Так и появился тот Ариус, которого вы знаете: первоклассный, как палач, так и лекарь.

Дети и, кажется, даже продолжавшие стоять на коленях рабы слушали откровения мужчины с открытыми ртами и не перебивали.
_
Текст опубликован впервые.
Следующая часть: в работе
#проза #RealRpg #LitStrategy #LordofthePeople #LotP #ЛордЧеловечества #культивация #ShatteredWorld #аллоды #ОсколкиМиров #стратегия #RPG #дети #сироты #гладиаторы #социопатия #GiftoftheChaos

Жанр: #Джен #gamelit #Сянся
Рейтинг: #G
Предупреждения: #алкоголизм, #жестокость, #ПТСР, #раздвоениеличности / #splitpersonality, #детинавойне / #childrenatwar, #рабство
Предыдущая глава: https://lor.sh/@risto/112855406985044048
Первая часть: https://lor.sh/@risto/112822923971093462
_
- Фило, почему они так со мной поступают?! - сквозь слёзы спрашивал у своего личного раба девятилетний Максимилиан Фарзини. - Это же гладиаторы, наша семья всегда их баловала, у них было всё, чего нет даже у граждан Нижнего города, не то что у бедноты из трущоб! Я и вовсе ими восхищался! За что?!

- Возможно им просто не хватало свободы, хозяин? - иронично хмыкнул двухметровый детина, лысый, как колено.

- А ты, тогда, почему всё ещё со мной? - подозрительно спросил мальчик, косясь на монструозных размеров утренню звезду в руках раба. - Не хочешь свободы?

- Хочу, - просто ответил тот. - Но, также, даже получив свободу я бы хотел продолжать служить вам, просто уже за жалование. Поэтому у меня и нет причин вас предавать, тем более, что спасая вашу жизнь я и так заслужу себе свободу: вы честный молодой человек и не посмеете мне отказать в этой маленькой просьбе, после всего случившегося.

- Понятно, - вздохнул Максимилиан, немного упокоившись. - Ты хитрый, но верный раб. Если я выживу, то конечно тебя отпущу, вот только платить жалование мне теперь тебе будет нечем. - Мальчишка не удержался и показал здоровяку язык.

- Ничего страшного: я готов поработать в долг, пока в городе вновь не воцарится порядок. Тогда вы сможете вернуть хотя бы часть имущества вашей семьи и расплатитесь со мной, - пожал плечами раб.

- А если этого не произойдёт?

- Тогда мы все в любом случае умрём. На кой мертвецам золото?

- Это ты верно заметил, предатель. - Дорогу Фило, несущему на закорках своего хозяина, перегородили трое других рабов. - Золото тебе уже не понадобится.

- Дяденьки, а давайте вы оставите ребёнка в покое, а я вас прямо сейчас возьму на службу, как свободных? - раздался из-за спин беглецов детский голос.

Оглянувшись, Максимилиан увидел группу из пятерых детей, включая Альфонса Корреру, в сопровождении Ариуса - палача городской тюрьмы. Но самое странное в было то, что говорил даже не Альфонс, а самый младший и бедно одетый из детишек, причём ни палач, ни сын патриция и магистра города почему-то не спешили его одёргивать.

- Не неси чушь! Нас освободить может только хозяин, или отсутствие всяких хозяев вообще!

- И попросить об этом хозяина, который прямо перед вами, и сейчас может спокойно говорить за весь свой род вы, конечно, не додумались?

***

- Макс - хороший парень, - прошептал товарищам Альфонс, пока они наблюдали за парой и мальчика и его раба, бредущей куда-то по улицам города. - Насколько вообще может быть хорошим потомственный работорговец, чей Домен оценивает рыночную ценность разумных, конечно. Будь это кто иной из этой паршивой семейки - я бы очень не советовал ему помогать, но Макс - другое дело.

- Прости, Альфонс, но я бы тебе приказал его спасать, даже если бы он был последней мразотой, - виновато посмотрел на друга Николас. - Хотя бы для того, чтобы мой род никто потом не называл "паршивой семейкой", понимаешь?

- Понимаю, но будь ты на моём месте, ты бы тоже этих тварей жалеть не стал, - насупился отпрыск Семьи Коррера.

- Может и так, но я не на твоём месте, и так поступить не в праве, - вздохнул юный лорд: это был уже не первый диалог на подобную тему, с тех пор, как он озвучил следующую цель их маршрута. - Лучше скажи: их способность к оценке, она как работает? Просто цену показывает, что ли? Но она же может быть разной, для разных городов и ситуаций! Или какой-то рейтинг ценности?

- Не, Макс, например, просто видит сильные и слабые стороны того, кого оценивает. Но, вообще, этот Домен работает по-разному, в зависимости от характера и личных качеств пользователя. Общий момент только в том, что Домен любого Фарзини тем или иным способом позволяет оценивать других разумных, кроме обладателей того же Домена.

- А какие ещё ты знаешь варианты их Домена? - спросил Николас, начиная что-то подозревать.

- Ну, у отца Макса Домен оценивал не таланты разумного, а то, насколько сложно его будет контролировать, и как можно на него надавить. Его дядя заведовал сетью борделей и мог видеть, это, всякие... грязные желания, а также оценить, насколько конкретный разумный может эти желания, ну... удовлетворить. Больше ничего не знаю!

К концу речи Альфонс был красным, как рак, а Лидия, на которую он всю дорогу старался произвести впечатление безуспешно пыталась скрыть брезгливость, испытываемую от услышанного.

"Лояльность Альфонса Корерры роду ди Раккун-Орино незначительно снизилась"

Это уже было второе такое сообщение с того момента, как они покинули парк. В первый раз лояльность понизилась из-за споров, надо ли помогать кому-то из Семьи Фарзини. Николасу было обидно осознавать, что преданность Альфонса может так легко дать трещину, однако он не подавал виду, что что-то заметил: опыт Николая подсказывал, что в их возрасте такая ветренность вполне естественна, и Альфонс ещё сотню раз успеет зауважать своего лорда пуще прежнего, если только он сам же не оттолкнёт друга своим недоверием.

- Отец торгует рабами и видит, как лучше воспитать из человека раба, - начал вслух подводить итоги сказанного Николас, позволяя другим повторить ход его мыслей. - Дядя содержит бордели и знает... как лучше всего угодить своим клиентам - Шестилетнее тело мальчика не испытывало никакого воодушевления от подобных тем, а только неловкость, лишь усугублённую воспоминаниями взрослой жизни, да и ещё больше смущать Лидию ему не хотелось. - Скажи-ка, я верно догадываюсь, что его отец обожал ломать непокорных людей, а дядя сам был тем ещё старым извращенцем?

- Ну да... - подтвердил его подозрения Альфонс. - Всё так. Хочешь сказать, дело не в том, чем они занимались, а им занятия подбирали, под силу Домена? Это логично, я бы тоже так делал, но какая нам разница, был человек изначально таким, или стал под влиянием своей работы? Наоборот, это же только доказывает, насколько эта семейка больная на голову!

- Мне нет дела до остальных Фарзини, раз они всё равно мертвы, - отмахнулся Николас. - Там из всей семьи остался только Макс, которому ты и сам мстить не хочешь, да, может, какие мелкие сошки, на которых можно пока забить. Ты о другом подумай: какой характер должен быть у парня из такой семьи, чей Домен беспристрастно оценивает таланты разумных? И какой пост ты бы сам ему дал, будь ты главой города, например?

Альфонс ненадолго задумался, а потом его глаза расширились и мальчик с размаху хлопнул себя ладонью по лбу:

- Хорошо, признаю: Макс - не хороший, а отличный парень, который нам нужен примерно вчера, причём нужен настолько, что за него можно кого-нибудь и убить. И Домен у его семьи на вес золота, только семья дерьмом казалась. Счастье, что выжил именно он.

"Лояльность Альфонса Корерры роду ди Раккун-Орино значительно повысилась"

- Хорошо, что ты так думаешь, потому что сейчас нам, возможно, это и предстоит. - Дорогу их цели заступила троица вооружённых рабов. - Лидия, сможешь создать мираж, чтобы мы смотрелись стоящими ближе к ним, чем на самом деле?

- Да, но ненадолго, это мне будет сложнее, чем невидимость, - ответила девочка.

- Надолго и не надо: только до того момента, как они клюнут на твою обманку, а потом отдыхай. Действуй.

***

- А нахрен нам его просить о том, что мы можем взять сами? - глумливо заухмылялся главный из гладиаторов. - И нахрена нам кому-то служить, тем более какой-то шмакодявке, когда можно просто стать хозяевами этого города, чтобы вы, мелюзга, мыли нам ноги, ваши матери ублажали нас, а ваши отцы сражались нам на потеху?

Максимилиану оставалось только переводить взгляд с одного говорившего на другого, пытаясь понять, что здесь вообще происходит. Почему говорит этот мальчик, и как он может взять кого-то на службу? Ну-ка, оценка!

"Достоинства: хорошая дикция, благородный, потомок коронованного зверя, носитель внешнего духа, реинкарнированный, гений, ветеран, избранник Фенри

Недостатки: приступы кровожадности, посттравматическое расстройство, усталость от войны, угроза раздвоения личности, риск развития клептомании, склонность к алкоголизму, склонность к разврату, избранник Фенри"

Много читая и изучая свой Домен, Макс знал, что означает то, или иное обозначение. Так достоинство "ветеран" обычно имели воины с минимум десятком лет реального боевого опыта, а с учётом достоинства "реинкарнированный" - такого он никогда раньше не видел, но смысл слова знал - ничего особо странного в наличии его у ребёнка не было.

Достоинство "благородный" Максимилиан видел ровно один раз, когда рискнул применить оценку на дочери соседнего правителя с Доменом Лорда. Теперь мальчику стало предельно ясно, почему от лица всех говорит именно этот "ребёнок"

Достоинство "потомок коронованного зверя" указывало на то, что в роду у мальчика был зверь, не просто обретший разум, а ставший героем, при этом внешним назывался дух, полученный от именованного зверя в наследство, что означало, что этот ребёнок не просто какой-то дальний потомок, а сын именованного зверя ранга героя!

После всего этого "гений" было даже не достоинством, а констатацией самого собой разумеещегося факта: не быть гением при таких исходных данных было просто невозможно, даже несмотря на внушительный список недостатков.

И этого монстра тут кто-то собирается заставить себе ноги мыть? После увиденного Максимилиану было уже откровенно жалко несчастного раба, который сам отказался от шанса получить свободу и статус, променяв его на, в лучшем случае, бесславную гибель.

- Да ты не только грязный раб, но ещё и труполюб, да? - криво усмехнулся предводитель детей. - Просто для справки: - указал он на своих товарищей - все они - сироты, которые смогли выжить там, где погибли их родители. Впрочем, моих предков можешь попробовать найти: самому интересно, как они выглядят.

"Ага, главное, успей вовремя убежать, когда их найдёшь, - с каким-то мстительным весельем подумал Макс."

- Ах, ты!.. - побагровел вожак и приказал: - Взрослого в расход, а юных "хозяев" берите живьём, парни, особенно этого мелкого - я его лично монстрам в Колизее скормлю! Покажем им, как "прекрасна" жизнь раба, в атаку!

Из боковых проулков выскочила сидевшая там в засаде пятёрка гладиаторов, которая, видимо, должна была отрезать беглецам путь к отступлению, и бросилась на детей, что под их ударами... развеялись по ветру, словно туман, появившись, затем, из воздуха дальше по улице.

- Чаша идёт по кругу три десятка и ещё три раза. Не откажи хозяину и приляг за стол, чтобы больше не встать. На пиру ёкаев чаша всегда полна - пей до дна! Симпозиум старого тануки! - За те секунды, пока враги атаковали приманку, спровоцировавший их малолетний отморозок успел скороговоркой выпалить активатор навыка, демонстрируя на деле ту самую свою хорошую дикцию.

Один из нападавших уже валился на землю, с арбалетным болтом в глазнице, а оставшиеся четверо вдруг утратили чёткость движений и зашатались, словно пьяные, не сильно утратив, однако, в скорости и боевом задоре

- Лапы золотого орангутана! - выкрикнул свой активатор Альфонс и одним движением окутанных духовной силой рук взвёл арбалет, который, обычно, перезаряжала пара взрослых солдат, причём ногами.

Однако самый быстрый из нападавших уже был слишком близко и мальчик не успевал выстрелить, чтобы защитить себя. Видя это, палач, заслонил его, к ужасу детей принимая удар шестесопером на себя...

Страшное оружие гладиатора проткнуло Ариуса насквозь, но вместо радости лицо его противника исказила гримаса боли, а на теле бойца появилась точная копия ран его жертвы. Вот только они не были частично закопорены оружием и беглый раб рухнул на землю истекая кровью.

Тем временем ещё один гладиатор упал, поражённый из арбалета, а бледный и заметно вспотевший Коррера с уже видимым усилием, но всё ещё довольно споро заряжал третий болт.

Трое других детей уже скрылись за домами, видимо не чувствуя в себе сил участвовать в бою.

Палач также вырвал из себя оружие и упал на колени, прижав обе руки к животу. Вот, только, в отличии от противника, для него ещё ничего не было кончено:

- Ужин краснобрюхого паука! Паучья регенерация! - выкрикнул мужчина два коротких активатора подряд и кровь из его ран не только почти мгновенно перестала течь, но даже, кажется, частично впиталась обратно в тело, в то время как его несостоявшийся убийца не только затих, но ещё и начал стремительно усыхать, превращаясь в мумию.

При виде этой картины оставшаяся пара нападавших резко остановилась, словно налетев на стену, а затем неловко бухнулась на колени. Более того, тот же жест повторили и трое гладиаторов в другом конце улицы:

- Идущие на смерть приветствуют уважаемого чемпиона Колизея!!! Просим прощения, что не признали!!! - хором рявкнули все пятеро.

***

- А сразу так нельзя было сделать? - недовольно спросил Николас, деактивируя навык, для которого больше не осталось целей.

- А ты меня разве об этом просил? - ответил вопросом на вопрос Ариус. - Ты сказал, что я тебе нужен, как врач, приказа атаковать кого-либо ни разу не отдал, даже боевыми навыками не поинтересовался. Ну и я решил тоже экономить силы, раз такое дело: мало ли, сколько ещё придётся на лечение пациента потратить?

- А вы, что же, бывший раб? - удивлённно спросила подошедшая к ним, вместе с остальными ребятами, Лидия.

- Не, - усмехнулся палач, потягиваясь и разминая руки. - Просто я был тем ещё отморозком в ваши годы, весь приют Бригитты тогда в страхе держал, включая некоторых воспитателей. А когда мне исполнилось 12, выяснилось, что никому настолько отбитый подручный не нужен, даже бандитам, не говоря уже о поиске нормальной работы. Годик покантовался среди авантюристов, но и там постоянно влезал в драки и не прижился, а после десятого этажа Башни даже в те времена одиночке ничего не светило. Но кто такого в группу возьмёт? В итоге, у меня остался выбор: либо сдохнуть с голоду, либо записаться в гладиаторы. И знаете, ребята: первую пару лет я был абсолютно счастлив, словно, наконец, вернулся домой, или зажил по-настоящему. Драки, драки, и только драки, даже за особо кровавое убийство тебя не тащат на кол, а только хвалят - я о таком и мечтать не смел. А потом противники, которых против меня выставляли, становились всё сильнее, а я, напротив, пресытился чужой кровью и болью. Мне больше не было весело. Но если ты попал в Колизей, то не важно, раб ты, или свободный - выйти можно или чемпионом, или трупом. Чемпион определяется на ежегодных больших играх: бои только насмерть, последний выживший отныне в любой момент может уйти, причём если он был рабом, то Колизей выкупает его и дарует свободу. Один билет на выход в год. Я выживал и тренировался ещё шесть лет, прежде чем почувствовал, что готов. В 21 год я стал чемпионом Колизея, и к тому времени мне насколько осточертело любое насилие, что на следующий же день я распрощался с этой демоновой клоакой и пошёл работать санитаром в больницу, в обмен на еду и ученичество у лекаря. Там у меня окончательно и пробудился мой Домен. Так-то, в некое особое состояние, в котором лучше знаешь, как больнее ударить или сломать какую кость, я начал впадать в боях ещё лет с 14, но всё это было как-то обрывочно и совершенно неконтролируемо, даже в Системе никак не отображалось. Оказалось, что чтобы раскрыть этот Домен полностью, надо было научиться не только мучить и убивать, но и лечить и спасать. Так и появился тот Ариус, которого вы знаете: первоклассный, как палач, так и лекарь.

Дети и, кажется, даже продолжавшие стоять на коленях рабы слушали откровения мужчины с открытыми ртами и не перебивали.
_
Текст опубликован впервые.
Следующая часть: в работе
#проза #RealRpg #LitStrategy #LordofthePeople #LotP #ЛордЧеловечества #культивация #ShatteredWorld #аллоды #ОсколкиМиров #стратегия #RPG #дети #сироты #гладиаторы #социопатия #GiftoftheChaos

Жанр: #Джен #gamelit #Сянся
Рейтинг: #G
Предупреждения: #алкоголизм, #жестокость, #ПТСР, #раздвоениеличности / #splitpersonality, #детинавойне / #childrenatwar, #рабство
Предыдущая глава: https://lor.sh/@risto/112855406985044048
Первая часть: https://lor.sh/@risto/112822923971093462
_
- Фило, почему они так со мной поступают?! - сквозь слёзы спрашивал у своего личного раба девятилетний Максимилиан Фарзини. - Это же гладиаторы, наша семья всегда их баловала, у них было всё, чего нет даже у граждан Нижнего города, не то что у бедноты из трущоб! Я и вовсе ими восхищался! За что?!

- Возможно им просто не хватало свободы, хозяин? - иронично хмыкнул двухметровый детина, лысый, как колено.

- А ты, тогда, почему всё ещё со мной? - подозрительно спросил мальчик, косясь на монструозных размеров утренню звезду в руках раба. - Не хочешь свободы?

- Хочу, - просто ответил тот. - Но, также, даже получив свободу я бы хотел продолжать служить вам, просто уже за жалование. Поэтому у меня и нет причин вас предавать, тем более, что спасая вашу жизнь я и так заслужу себе свободу: вы честный молодой человек и не посмеете мне отказать в этой маленькой просьбе, после всего случившегося.

- Понятно, - вздохнул Максимилиан, немного упокоившись. - Ты хитрый, но верный раб. Если я выживу, то конечно тебя отпущу, вот только платить жалование мне теперь тебе будет нечем. - Мальчишка не удержался и показал здоровяку язык.

- Ничего страшного: я готов поработать в долг, пока в городе вновь не воцарится порядок. Тогда вы сможете вернуть хотя бы часть имущества вашей семьи и расплатитесь со мной, - пожал плечами раб.

- А если этого не произойдёт?

- Тогда мы все в любом случае умрём. На кой мертвецам золото?

- Это ты верно заметил, предатель. - Дорогу Фило, несущему на закорках своего хозяина, перегородили трое других рабов. - Золото тебе уже не понадобится.

- Дяденьки, а давайте вы оставите ребёнка в покое, а я вас прямо сейчас возьму на службу, как свободных? - раздался из-за спин беглецов детский голос.

Оглянувшись, Максимилиан увидел группу из пятерых детей, включая Альфонса Корреру, в сопровождении Ариуса - палача городской тюрьмы. Но самое странное в было то, что говорил даже не Альфонс, а самый младший и бедно одетый из детишек, причём ни палач, ни сын патриция и магистра города почему-то не спешили его одёргивать.

- Не неси чушь! Нас освободить может только хозяин, или отсутствие всяких хозяев вообще!

- И попросить об этом хозяина, который прямо перед вами, и сейчас может спокойно говорить за весь свой род вы, конечно, не додумались?

***

- Макс - хороший парень, - прошептал товарищам Альфонс, пока они наблюдали за парой и мальчика и его раба, бредущей куда-то по улицам города. - Насколько вообще может быть хорошим потомственный работорговец, чей Домен оценивает рыночную ценность разумных, конечно. Будь это кто иной из этой паршивой семейки - я бы очень не советовал ему помогать, но Макс - другое дело.

- Прости, Альфонс, но я бы тебе приказал его спасать, даже если бы он был последней мразотой, - виновато посмотрел на друга Николас. - Хотя бы для того, чтобы мой род никто потом не называл "паршивой семейкой", понимаешь?

- Понимаю, но будь ты на моём месте, ты бы тоже этих тварей жалеть не стал, - насупился отпрыск Семьи Коррера.

- Может и так, но я не на твоём месте, и так поступить не в праве, - вздохнул юный лорд: это был уже не первый диалог на подобную тему, с тех пор, как он озвучил следующую цель их маршрута. - Лучше скажи: их способность к оценке, она как работает? Просто цену показывает, что ли? Но она же может быть разной, для разных городов и ситуаций! Или какой-то рейтинг ценности?

- Не, Макс, например, просто видит сильные и слабые стороны того, кого оценивает. Но, вообще, этот Домен работает по-разному, в зависимости от характера и личных качеств пользователя. Общий момент только в том, что Домен любого Фарзини тем или иным способом позволяет оценивать других разумных, кроме обладателей того же Домена.

- А какие ещё ты знаешь варианты их Домена? - спросил Николас, начиная что-то подозревать.

- Ну, у отца Макса Домен оценивал не таланты разумного, а то, насколько сложно его будет контролировать, и как можно на него надавить. Его дядя заведовал сетью борделей и мог видеть, это, всякие... грязные желания, а также оценить, насколько конкретный разумный может эти желания, ну... удовлетворить. Больше ничего не знаю!

К концу речи Альфонс был красным, как рак, а Лидия, на которую он всю дорогу старался произвести впечатление безуспешно пыталась скрыть брезгливость, испытываемую от услышанного.

"Лояльность Альфонса Корерры роду ди Раккун-Орино незначительно снизилась"

Это уже было второе такое сообщение с того момента, как они покинули парк. В первый раз лояльность понизилась из-за споров, надо ли помогать кому-то из Семьи Фарзини. Николасу было обидно осознавать, что преданность Альфонса может так легко дать трещину, однако он не подавал виду, что что-то заметил: опыт Николая подсказывал, что в их возрасте такая ветренность вполне естественна, и Альфонс ещё сотню раз успеет зауважать своего лорда пуще прежнего, если только он сам же не оттолкнёт друга своим недоверием.

- Отец торгует рабами и видит, как лучше воспитать из человека раба, - начал вслух подводить итоги сказанного Николас, позволяя другим повторить ход его мыслей. - Дядя содержит бордели и знает... как лучше всего угодить своим клиентам - Шестилетнее тело мальчика не испытывало никакого воодушевления от подобных тем, а только неловкость, лишь усугублённую воспоминаниями взрослой жизни, да и ещё больше смущать Лидию ему не хотелось. - Скажи-ка, я верно догадываюсь, что его отец обожал ломать непокорных людей, а дядя сам был тем ещё старым извращенцем?

- Ну да... - подтвердил его подозрения Альфонс. - Всё так. Хочешь сказать, дело не в том, чем они занимались, а им занятия подбирали, под силу Домена? Это логично, я бы тоже так делал, но какая нам разница, был человек изначально таким, или стал под влиянием своей работы? Наоборот, это же только доказывает, насколько эта семейка больная на голову!

- Мне нет дела до остальных Фарзини, раз они всё равно мертвы, - отмахнулся Николас. - Там из всей семьи остался только Макс, которому ты и сам мстить не хочешь, да, может, какие мелкие сошки, на которых можно пока забить. Ты о другом подумай: какой характер должен быть у парня из такой семьи, чей Домен беспристрастно оценивает таланты разумных? И какой пост ты бы сам ему дал, будь ты главой города, например?

Альфонс ненадолго задумался, а потом его глаза расширились и мальчик с размаху хлопнул себя ладонью по лбу:

- Хорошо, признаю: Макс - не хороший, а отличный парень, который нам нужен примерно вчера, причём нужен настолько, что за него можно кого-нибудь и убить. И Домен у его семьи на вес золота, только семья дерьмом казалась. Счастье, что выжил именно он.

"Лояльность Альфонса Корерры роду ди Раккун-Орино значительно повысилась"

- Хорошо, что ты так думаешь, потому что сейчас нам, возможно, это и предстоит. - Дорогу их цели заступила троица вооружённых рабов. - Лидия, сможешь создать мираж, чтобы мы смотрелись стоящими ближе к ним, чем на самом деле?

- Да, но ненадолго, это мне будет сложнее, чем невидимость, - ответила девочка.

- Надолго и не надо: только до того момента, как они клюнут на твою обманку, а потом отдыхай. Действуй.

***

- А нахрен нам его просить о том, что мы можем взять сами? - глумливо заухмылялся главный из гладиаторов. - И нахрена нам кому-то служить, тем более какой-то шмакодявке, когда можно просто стать хозяевами этого города, чтобы вы, мелюзга, мыли нам ноги, ваши матери ублажали нас, а ваши отцы сражались нам на потеху?

Максимилиану оставалось только переводить взгляд с одного говорившего на другого, пытаясь понять, что здесь вообще происходит. Почему говорит этот мальчик, и как он может взять кого-то на службу? Ну-ка, оценка!

"Достоинства: хорошая дикция, благородный, потомок коронованного зверя, носитель внешнего духа, реинкарнированный, гений, ветеран, избранник Фенри

Недостатки: приступы кровожадности, посттравматическое расстройство, усталость от войны, угроза раздвоения личности, риск развития клептомании, склонность к алкоголизму, склонность к разврату, избранник Фенри"

Много читая и изучая свой Домен, Макс знал, что означает то, или иное обозначение. Так достоинство "ветеран" обычно имели воины с минимум десятком лет реального боевого опыта, а с учётом достоинства "реинкарнированный" - такого он никогда раньше не видел, но смысл слова знал - ничего особо странного в наличии его у ребёнка не было.

Достоинство "благородный" Максимилиан видел ровно один раз, когда рискнул применить оценку на дочери соседнего правителя с Доменом Лорда. Теперь мальчику стало предельно ясно, почему от лица всех говорит именно этот "ребёнок"

Достоинство "потомок коронованного зверя" указывало на то, что в роду у мальчика был зверь, не просто обретший разум, а ставший героем, при этом внешним назывался дух, полученный от именованного зверя в наследство, что означало, что этот ребёнок не просто какой-то дальний потомок, а сын именованного зверя ранга героя!

После всего этого "гений" было даже не достоинством, а констатацией самого собой разумеещегося факта: не быть гением при таких исходных данных было просто невозможно, даже несмотря на внушительный список недостатков.

И этого монстра тут кто-то собирается заставить себе ноги мыть? После увиденного Максимилиану было уже откровенно жалко несчастного раба, который сам отказался от шанса получить свободу и статус, променяв его на, в лучшем случае, бесславную гибель.

- Да ты не только грязный раб, но ещё и труполюб, да? - криво усмехнулся предводитель детей. - Просто для справки: - указал он на своих товарищей - все они - сироты, которые смогли выжить там, где погибли их родители. Впрочем, моих предков можешь попробовать найти: самому интересно, как они выглядят.

"Ага, главное, успей вовремя убежать, когда их найдёшь, - с каким-то мстительным весельем подумал Макс."

- Ах, ты!.. - побагровел вожак и приказал: - Взрослого в расход, а юных "хозяев" берите живьём, парни, особенно этого мелкого - я его лично монстрам в Колизее скормлю! Покажем им, как "прекрасна" жизнь раба, в атаку!

Из боковых проулков выскочила сидевшая там в засаде пятёрка гладиаторов, которая, видимо, должна была отрезать беглецам путь к отступлению, и бросилась на детей, что под их ударами... развеялись по ветру, словно туман, появившись, затем, из воздуха дальше по улице.

- Чаша идёт по кругу три десятка и ещё три раза. Не откажи хозяину и приляг за стол, чтобы больше не встать. На пиру ёкаев чаша всегда полна - пей до дна! Симпозиум старого тануки! - За те секунды, пока враги атаковали приманку, спровоцировавший их малолетний отморозок успел скороговоркой выпалить активатор навыка, демонстрируя на деле ту самую свою хорошую дикцию.

Один из нападавших уже валился на землю, с арбалетным болтом в глазнице, а оставшиеся четверо вдруг утратили чёткость движений и зашатались, словно пьяные, не сильно утратив, однако, в скорости и боевом задоре

- Лапы золотого орангутана! - выкрикнул свой активатор Альфонс и одним движением окутанных духовной силой рук взвёл арбалет, который, обычно, перезаряжала пара взрослых солдат, причём ногами.

Однако самый быстрый из нападавших уже был слишком близко и мальчик не успевал выстрелить, чтобы защитить себя. Видя это, палач, заслонил его, к ужасу детей принимая удар шестесопером на себя...

Страшное оружие гладиатора проткнуло Ариуса насквозь, но вместо радости лицо его противника исказила гримаса боли, а на теле бойца появилась точная копия ран его жертвы. Вот только они не были частично закопорены оружием и беглый раб рухнул на землю истекая кровью.

Тем временем ещё один гладиатор упал, поражённый из арбалета, а бледный и заметно вспотевший Коррера с уже видимым усилием, но всё ещё довольно споро заряжал третий болт.

Трое других детей уже скрылись за домами, видимо не чувствуя в себе сил участвовать в бою.

Палач также вырвал из себя оружие и упал на колени, прижав обе руки к животу. Вот, только, в отличии от противника, для него ещё ничего не было кончено:

- Ужин краснобрюхого паука! Паучья регенерация! - выкрикнул мужчина два коротких активатора подряд и кровь из его ран не только почти мгновенно перестала течь, но даже, кажется, частично впиталась обратно в тело, в то время как его несостоявшийся убийца не только затих, но ещё и начал стремительно усыхать, превращаясь в мумию.

При виде этой картины оставшаяся пара нападавших резко остановилась, словно налетев на стену, а затем неловко бухнулась на колени. Более того, тот же жест повторили и трое гладиаторов в другом конце улицы:

- Идущие на смерть приветствуют уважаемого чемпиона Колизея!!! Просим прощения, что не признали!!! - хором рявкнули все пятеро.

***

- А сразу так нельзя было сделать? - недовольно спросил Николас, деактивируя навык, для которого больше не осталось целей.

- А ты меня разве об этом просил? - ответил вопросом на вопрос Ариус. - Ты сказал, что я тебе нужен, как врач, приказа атаковать кого-либо ни разу не отдал, даже боевыми навыками не поинтересовался. Ну и я решил тоже экономить силы, раз такое дело: мало ли, сколько ещё придётся на лечение пациента потратить?

- А вы, что же, бывший раб? - удивлённно спросила подошедшая к ним, вместе с остальными ребятами, Лидия.

- Не, - усмехнулся палач, потягиваясь и разминая руки. - Просто я был тем ещё отморозком в ваши годы, весь приют Бригитты тогда в страхе держал, включая некоторых воспитателей. А когда мне исполнилось 12, выяснилось, что никому настолько отбитый подручный не нужен, даже бандитам, не говоря уже о поиске нормальной работы. Годик покантовался среди авантюристов, но и там постоянно влезал в драки и не прижился, а после десятого этажа Башни даже в те времена одиночке ничего не светило. Но кто такого в группу возьмёт? В итоге, у меня остался выбор: либо сдохнуть с голоду, либо записаться в гладиаторы. И знаете, ребята: первую пару лет я был абсолютно счастлив, словно, наконец, вернулся домой, или зажил по-настоящему. Драки, драки, и только драки, даже за особо кровавое убийство тебя не тащат на кол, а только хвалят - я о таком и мечтать не смел. А потом противники, которых против меня выставляли, становились всё сильнее, а я, напротив, пресытился чужой кровью и болью. Мне больше не было весело. Но если ты попал в Колизей, то не важно, раб ты, или свободный - выйти можно или чемпионом, или трупом. Чемпион определяется на ежегодных больших играх: бои только насмерть, последний выживший отныне в любой момент может уйти, причём если он был рабом, то Колизей выкупает его и дарует свободу. Один билет на выход в год. Я выживал и тренировался ещё шесть лет, прежде чем почувствовал, что готов. В 21 год я стал чемпионом Колизея, и к тому времени мне насколько осточертело любое насилие, что на следующий же день я распрощался с этой демоновой клоакой и пошёл работать санитаром в больницу, в обмен на еду и ученичество у лекаря. Там у меня окончательно и пробудился мой Домен. Так-то, в некое особое состояние, в котором лучше знаешь, как больнее ударить или сломать какую кость, я начал впадать в боях ещё лет с 14, но всё это было как-то обрывочно и совершенно неконтролируемо, даже в Системе никак не отображалось. Оказалось, что чтобы раскрыть этот Домен полностью, надо было научиться не только мучить и убивать, но и лечить и спасать. Так и появился тот Ариус, которого вы знаете: первоклассный, как палач, так и лекарь.

Дети и, кажется, даже продолжавшие стоять на коленях рабы слушали откровения мужчины с открытыми ртами и не перебивали.
_
Текст опубликован впервые.
Следующая часть: в работе
#проза #RealRpg #LitStrategy #LordofthePeople #LotP #ЛордЧеловечества #культивация #ShatteredWorld #аллоды #ОсколкиМиров #стратегия #RPG #дети #сироты #гладиаторы #социопатия #GiftoftheChaos

Жанр: #Джен #gamelit #Сянся
Рейтинг: #G
Предупреждения: #алкоголизм, #жестокость, #ПТСР, #раздвоениеличности / #splitpersonality, #детинавойне / #childrenatwar, #рабство
Предыдущая глава: https://lor.sh/@risto/112855406985044048
Первая часть: https://lor.sh/@risto/112822923971093462
_
- Фило, почему они так со мной поступают?! - сквозь слёзы спрашивал у своего личного раба девятилетний Максимилиан Фарзини. - Это же гладиаторы, наша семья всегда их баловала, у них было всё, чего нет даже у граждан Нижнего города, не то что у бедноты из трущоб! Я и вовсе ими восхищался! За что?!

- Возможно им просто не хватало свободы, хозяин? - иронично хмыкнул двухметровый детина, лысый, как колено.

- А ты, тогда, почему всё ещё со мной? - подозрительно спросил мальчик, косясь на монструозных размеров утренню звезду в руках раба. - Не хочешь свободы?

- Хочу, - просто ответил тот. - Но, также, даже получив свободу я бы хотел продолжать служить вам, просто уже за жалование. Поэтому у меня и нет причин вас предавать, тем более, что спасая вашу жизнь я и так заслужу себе свободу: вы честный молодой человек и не посмеете мне отказать в этой маленькой просьбе, после всего случившегося.

- Понятно, - вздохнул Максимилиан, немного упокоившись. - Ты хитрый, но верный раб. Если я выживу, то конечно тебя отпущу, вот только платить жалование мне теперь тебе будет нечем. - Мальчишка не удержался и показал здоровяку язык.

- Ничего страшного: я готов поработать в долг, пока в городе вновь не воцарится порядок. Тогда вы сможете вернуть хотя бы часть имущества вашей семьи и расплатитесь со мной, - пожал плечами раб.

- А если этого не произойдёт?

- Тогда мы все в любом случае умрём. На кой мертвецам золото?

- Это ты верно заметил, предатель. - Дорогу Фило, несущему на закорках своего хозяина, перегородили трое других рабов. - Золото тебе уже не понадобится.

- Дяденьки, а давайте вы оставите ребёнка в покое, а я вас прямо сейчас возьму на службу, как свободных? - раздался из-за спин беглецов детский голос.

Оглянувшись, Максимилиан увидел группу из пятерых детей, включая Альфонса Корреру, в сопровождении Ариуса - палача городской тюрьмы. Но самое странное в было то, что говорил даже не Альфонс, а самый младший и бедно одетый из детишек, причём ни палач, ни сын патриция и магистра города почему-то не спешили его одёргивать.

- Не неси чушь! Нас освободить может только хозяин, или отсутствие всяких хозяев вообще!

- И попросить об этом хозяина, который прямо перед вами, и сейчас может спокойно говорить за весь свой род вы, конечно, не додумались?

***

- Макс - хороший парень, - прошептал товарищам Альфонс, пока они наблюдали за парой и мальчика и его раба, бредущей куда-то по улицам города. - Насколько вообще может быть хорошим потомственный работорговец, чей Домен оценивает рыночную ценность разумных, конечно. Будь это кто иной из этой паршивой семейки - я бы очень не советовал ему помогать, но Макс - другое дело.

- Прости, Альфонс, но я бы тебе приказал его спасать, даже если бы он был последней мразотой, - виновато посмотрел на друга Николас. - Хотя бы для того, чтобы мой род никто потом не называл "паршивой семейкой", понимаешь?

- Понимаю, но будь ты на моём месте, ты бы тоже этих тварей жалеть не стал, - насупился отпрыск Семьи Коррера.

- Может и так, но я не на твоём месте, и так поступить не в праве, - вздохнул юный лорд: это был уже не первый диалог на подобную тему, с тех пор, как он озвучил следующую цель их маршрута. - Лучше скажи: их способность к оценке, она как работает? Просто цену показывает, что ли? Но она же может быть разной, для разных городов и ситуаций! Или какой-то рейтинг ценности?

- Не, Макс, например, просто видит сильные и слабые стороны того, кого оценивает. Но, вообще, этот Домен работает по-разному, в зависимости от характера и личных качеств пользователя. Общий момент только в том, что Домен любого Фарзини тем или иным способом позволяет оценивать других разумных, кроме обладателей того же Домена.

- А какие ещё ты знаешь варианты их Домена? - спросил Николас, начиная что-то подозревать.

- Ну, у отца Макса Домен оценивал не таланты разумного, а то, насколько сложно его будет контролировать, и как можно на него надавить. Его дядя заведовал сетью борделей и мог видеть, это, всякие... грязные желания, а также оценить, насколько конкретный разумный может эти желания, ну... удовлетворить. Больше ничего не знаю!

К концу речи Альфонс был красным, как рак, а Лидия, на которую он всю дорогу старался произвести впечатление безуспешно пыталась скрыть брезгливость, испытываемую от услышанного.

"Лояльность Альфонса Корерры роду ди Раккун-Орино незначительно снизилась"

Это уже было второе такое сообщение с того момента, как они покинули парк. В первый раз лояльность понизилась из-за споров, надо ли помогать кому-то из Семьи Фарзини. Николасу было обидно осознавать, что преданность Альфонса может так легко дать трещину, однако он не подавал виду, что что-то заметил: опыт Николая подсказывал, что в их возрасте такая ветренность вполне естественна, и Альфонс ещё сотню раз успеет зауважать своего лорда пуще прежнего, если только он сам же не оттолкнёт друга своим недоверием.

- Отец торгует рабами и видит, как лучше воспитать из человека раба, - начал вслух подводить итоги сказанного Николас, позволяя другим повторить ход его мыслей. - Дядя содержит бордели и знает... как лучше всего угодить своим клиентам - Шестилетнее тело мальчика не испытывало никакого воодушевления от подобных тем, а только неловкость, лишь усугублённую воспоминаниями взрослой жизни, да и ещё больше смущать Лидию ему не хотелось. - Скажи-ка, я верно догадываюсь, что его отец обожал ломать непокорных людей, а дядя сам был тем ещё старым извращенцем?

- Ну да... - подтвердил его подозрения Альфонс. - Всё так. Хочешь сказать, дело не в том, чем они занимались, а им занятия подбирали, под силу Домена? Это логично, я бы тоже так делал, но какая нам разница, был человек изначально таким, или стал под влиянием своей работы? Наоборот, это же только доказывает, насколько эта семейка больная на голову!

- Мне нет дела до остальных Фарзини, раз они всё равно мертвы, - отмахнулся Николас. - Там из всей семьи остался только Макс, которому ты и сам мстить не хочешь, да, может, какие мелкие сошки, на которых можно пока забить. Ты о другом подумай: какой характер должен быть у парня из такой семьи, чей Домен беспристрастно оценивает таланты разумных? И какой пост ты бы сам ему дал, будь ты главой города, например?

Альфонс ненадолго задумался, а потом его глаза расширились и мальчик с размаху хлопнул себя ладонью по лбу:

- Хорошо, признаю: Макс - не хороший, а отличный парень, который нам нужен примерно вчера, причём нужен настолько, что за него можно кого-нибудь и убить. И Домен у его семьи на вес золота, только семья дерьмом казалась. Счастье, что выжил именно он.

"Лояльность Альфонса Корерры роду ди Раккун-Орино значительно повысилась"

- Хорошо, что ты так думаешь, потому что сейчас нам, возможно, это и предстоит. - Дорогу их цели заступила троица вооружённых рабов. - Лидия, сможешь создать мираж, чтобы мы смотрелись стоящими ближе к ним, чем на самом деле?

- Да, но ненадолго, это мне будет сложнее, чем невидимость, - ответила девочка.

- Надолго и не надо: только до того момента, как они клюнут на твою обманку, а потом отдыхай. Действуй.

***

- А нахрен нам его просить о том, что мы можем взять сами? - глумливо заухмылялся главный из гладиаторов. - И нахрена нам кому-то служить, тем более какой-то шмакодявке, когда можно просто стать хозяевами этого города, чтобы вы, мелюзга, мыли нам ноги, ваши матери ублажали нас, а ваши отцы сражались нам на потеху?

Максимилиану оставалось только переводить взгляд с одного говорившего на другого, пытаясь понять, что здесь вообще происходит. Почему говорит этот мальчик, и как он может взять кого-то на службу? Ну-ка, оценка!

"Достоинства: хорошая дикция, благородный, потомок коронованного зверя, носитель внешнего духа, реинкарнированный, гений, ветеран, избранник Фенри

Недостатки: приступы кровожадности, посттравматическое расстройство, усталость от войны, угроза раздвоения личности, риск развития клептомании, склонность к алкоголизму, склонность к разврату, избранник Фенри"

Много читая и изучая свой Домен, Макс знал, что означает то, или иное обозначение. Так достоинство "ветеран" обычно имели воины с минимум десятком лет реального боевого опыта, а с учётом достоинства "реинкарнированный" - такого он никогда раньше не видел, но смысл слова знал - ничего особо странного в наличии его у ребёнка не было.

Достоинство "благородный" Максимилиан видел ровно один раз, когда рискнул применить оценку на дочери соседнего правителя с Доменом Лорда. Теперь мальчику стало предельно ясно, почему от лица всех говорит именно этот "ребёнок"

Достоинство "потомок коронованного зверя" указывало на то, что в роду у мальчика был зверь, не просто обретший разум, а ставший героем, при этом внешним назывался дух, полученный от именованного зверя в наследство, что означало, что этот ребёнок не просто какой-то дальний потомок, а сын именованного зверя ранга героя!

После всего этого "гений" было даже не достоинством, а констатацией самого собой разумеещегося факта: не быть гением при таких исходных данных было просто невозможно, даже несмотря на внушительный список недостатков.

И этого монстра тут кто-то собирается заставить себе ноги мыть? После увиденного Максимилиану было уже откровенно жалко несчастного раба, который сам отказался от шанса получить свободу и статус, променяв его на, в лучшем случае, бесславную гибель.

- Да ты не только грязный раб, но ещё и труполюб, да? - криво усмехнулся предводитель детей. - Просто для справки: - указал он на своих товарищей - все они - сироты, которые смогли выжить там, где погибли их родители. Впрочем, моих предков можешь попробовать найти: самому интересно, как они выглядят.

"Ага, главное, успей вовремя убежать, когда их найдёшь, - с каким-то мстительным весельем подумал Макс."

- Ах, ты!.. - побагровел вожак и приказал: - Взрослого в расход, а юных "хозяев" берите живьём, парни, особенно этого мелкого - я его лично монстрам в Колизее скормлю! Покажем им, как "прекрасна" жизнь раба, в атаку!

Из боковых проулков выскочила сидевшая там в засаде пятёрка гладиаторов, которая, видимо, должна была отрезать беглецам путь к отступлению, и бросилась на детей, что под их ударами... развеялись по ветру, словно туман, появившись, затем, из воздуха дальше по улице.

- Чаша идёт по кругу три десятка и ещё три раза. Не откажи хозяину и приляг за стол, чтобы больше не встать. На пиру ёкаев чаша всегда полна - пей до дна! Симпозиум старого тануки! - За те секунды, пока враги атаковали приманку, спровоцировавший их малолетний отморозок успел скороговоркой выпалить активатор навыка, демонстрируя на деле ту самую свою хорошую дикцию.

Один из нападавших уже валился на землю, с арбалетным болтом в глазнице, а оставшиеся четверо вдруг утратили чёткость движений и зашатались, словно пьяные, не сильно утратив, однако, в скорости и боевом задоре

- Лапы золотого орангутана! - выкрикнул свой активатор Альфонс и одним движением окутанных духовной силой рук взвёл арбалет, который, обычно, перезаряжала пара взрослых солдат, причём ногами.

Однако самый быстрый из нападавших уже был слишком близко и мальчик не успевал выстрелить, чтобы защитить себя. Видя это, палач, заслонил его, к ужасу детей принимая удар шестесопером на себя...

Страшное оружие гладиатора проткнуло Ариуса насквозь, но вместо радости лицо его противника исказила гримаса боли, а на теле бойца появилась точная копия ран его жертвы. Вот только они не были частично закопорены оружием и беглый раб рухнул на землю истекая кровью.

Тем временем ещё один гладиатор упал, поражённый из арбалета, а бледный и заметно вспотевший Коррера с уже видимым усилием, но всё ещё довольно споро заряжал третий болт.

Трое других детей уже скрылись за домами, видимо не чувствуя в себе сил участвовать в бою.

Палач также вырвал из себя оружие и упал на колени, прижав обе руки к животу. Вот, только, в отличии от противника, для него ещё ничего не было кончено:

- Ужин краснобрюхого паука! Паучья регенерация! - выкрикнул мужчина два коротких активатора подряд и кровь из его ран не только почти мгновенно перестала течь, но даже, кажется, частично впиталась обратно в тело, в то время как его несостоявшийся убийца не только затих, но ещё и начал стремительно усыхать, превращаясь в мумию.

При виде этой картины оставшаяся пара нападавших резко остановилась, словно налетев на стену, а затем неловко бухнулась на колени. Более того, тот же жест повторили и трое гладиаторов в другом конце улицы:

- Идущие на смерть приветствуют уважаемого чемпиона Колизея!!! Просим прощения, что не признали!!! - хором рявкнули все пятеро.

***

- А сразу так нельзя было сделать? - недовольно спросил Николас, деактивируя навык, для которого больше не осталось целей.

- А ты меня разве об этом просил? - ответил вопросом на вопрос Ариус. - Ты сказал, что я тебе нужен, как врач, приказа атаковать кого-либо ни разу не отдал, даже боевыми навыками не поинтересовался. Ну и я решил тоже экономить силы, раз такое дело: мало ли, сколько ещё придётся на лечение пациента потратить?

- А вы, что же, бывший раб? - удивлённно спросила подошедшая к ним, вместе с остальными ребятами, Лидия.

- Не, - усмехнулся палач, потягиваясь и разминая руки. - Просто я был тем ещё отморозком в ваши годы, весь приют Бригитты тогда в страхе держал, включая некоторых воспитателей. А когда мне исполнилось 12, выяснилось, что никому настолько отбитый подручный не нужен, даже бандитам, не говоря уже о поиске нормальной работы. Годик покантовался среди авантюристов, но и там постоянно влезал в драки и не прижился, а после десятого этажа Башни даже в те времена одиночке ничего не светило. Но кто такого в группу возьмёт? В итоге, у меня остался выбор: либо сдохнуть с голоду, либо записаться в гладиаторы. И знаете, ребята: первую пару лет я был абсолютно счастлив, словно, наконец, вернулся домой, или зажил по-настоящему. Драки, драки, и только драки, даже за особо кровавое убийство тебя не тащат на кол, а только хвалят - я о таком и мечтать не смел. А потом противники, которых против меня выставляли, становились всё сильнее, а я, напротив, пресытился чужой кровью и болью. Мне больше не было весело. Но если ты попал в Колизей, то не важно, раб ты, или свободный - выйти можно или чемпионом, или трупом. Чемпион определяется на ежегодных больших играх: бои только насмерть, последний выживший отныне в любой момент может уйти, причём если он был рабом, то Колизей выкупает его и дарует свободу. Один билет на выход в год. Я выживал и тренировался ещё шесть лет, прежде чем почувствовал, что готов. В 21 год я стал чемпионом Колизея, и к тому времени мне насколько осточертело любое насилие, что на следующий же день я распрощался с этой демоновой клоакой и пошёл работать санитаром в больницу, в обмен на еду и ученичество у лекаря. Там у меня окончательно и пробудился мой Домен. Так-то, в некое особое состояние, в котором лучше знаешь, как больнее ударить или сломать какую кость, я начал впадать в боях ещё лет с 14, но всё это было как-то обрывочно и совершенно неконтролируемо, даже в Системе никак не отображалось. Оказалось, что чтобы раскрыть этот Домен полностью, надо было научиться не только мучить и убивать, но и лечить и спасать. Так и появился тот Ариус, которого вы знаете: первоклассный, как палач, так и лекарь.

Дети и, кажется, даже продолжавшие стоять на коленях рабы слушали откровения мужчины с открытыми ртами и не перебивали.
_
Текст опубликован впервые.
Следующая часть: в работе
#проза #RealRpg #LitStrategy #LordofthePeople #LotP #ЛордЧеловечества #культивация #ShatteredWorld #аллоды #ОсколкиМиров #стратегия #RPG #дети #сироты #гладиаторы #социопатия #GiftoftheChaos