#светов — Public Fediverse posts
Live and recent posts from across the Fediverse tagged #светов, aggregated by home.social.
-
Светов
Есть нечто унизительное в том, чтобы реагировать на информационную повестку, задаваемую другими людьми, чьё влияние далеко превосходит их полезность, поэтому этот пост появился с некоторым опозданием, когда все, кто хотел, уже высказались. Формальным поводом для появления этого текста стал вопрос от подписчика, представившегося как папа Тидвик:
Поделитесь, пожалуйста, вашем мнением о последнем тексте Светова про отказ от идеализма и милосердную власть. Это отход от либертарианских идеалов и переход в циничную реал-политик? Или просто разочарование и признание бесссилия оппозиции? И при чём тут Хоппе?
5 марта Михаил Светов выложил текст Прощание с идеализмом (о милосердии власти), который охарактеризовал как “свой лучший текст со времён государство это анархия” (на тот ролик мне тоже не хотелось реагировать, и тоже удалось прикрыться ответом на вопрос подписчика).
В ролике “Государство это анархия” Светов нападает на идею о естественных правах и объясняет её появление тем, что люди только-только убили бога и были очарованы материализом. В новой статье Светов, напротив, раскаивается в том, что был идеалистом (правда, он говорит “мы” вместо того, чтобы говорить за себя, и на эту тему хорошо проходится его бывший однопартиец).
Вообще, мне скорее импонирует, когда человек констатирует: раньше я говорил так-то, такие-то факты заставили меня поменять позицию, теперь я считаю сяк-то. Светову не хватает только добавить “из-за своей ошибки я нанёс ущерб таким-то людям, прошу прощения, готов как-нибудь компенсировать, если получится”. Впрочем, до таких высот осознанности и Навальный не сумел дорасти. Но и так уже лучше, чем классическое переобувание в воздухе, когда смена дискурса никак не комментируется, а напоминания о прежних взглядах воспринимаются с недоумением, в духе “Я это говорил? Не могу поверить. Следующий вопрос”.
Как обычно, Светов вводит странные определения терминов. Если раньше он определял анархию как состояние войны всех против всех (таким образом, он с 2019 года уже не может называть себя анкапом), то теперь он определил власть, как возможность добиваться от людей желаемого поведения. Таким образом, власть есть и у хорошего рекламщика, чей товар покупают, и у хорошего оратора, чья повестка заходит в массы, и у насильника, волокущего жертву в кусты, и у чиновника, выписывающего предписание о сносе дома. И, конечно, у тирана, принимающего решение, чем намазать трусы своему политическому оппоненту. Такое определение не даёт либертарианцу возможности различать, к какой власти стоит стремиться, а к какой нет, зато Михаил теперь может уверенно утверждать, что “нет такого сценария, по которому принципы могут опереться на что-то, кроме власти”. Ещё бы он был, если мы так безобразно расширим определение власти, что оно будет включать вообще любое влияние.
Пост Светова был довольно тепло воспринят Центром Республиканских Исследований. Ему посвятили целых два отзыва от разных авторов – Дарьи Кормановской и Андрея Быстрова. Михаила поздравили с тем, что его позиция приближается к республиканской, посоветовали литературу, отметили мелкие недочёты – в общем, фактически поприветствовали в своих рядах.
Также, говорят, его пост был тепло воспринят и официальной российской пропагандой, но, к счастью, я не обязана с ней знакомиться, поэтому совершенно не в курсе деталей.
Из резких критиков Светова отмечу Майкла Наки, который подчеркнул самое важное, чего недостаёт деятельности Михаила: она уже довольно давно далека от какой-либо практики. Последний практический проект Михаила Светова – покойный московский клуб Новая Искренность. Но с момента эмиграции он полностью сосредоточился на поддержании своего информационного ресурса, а это по нынешним временам ни о чём, блогеров стало как собак нерезаных, само занятие изрядно обесценилось, если, конечно, блогер не пускает свой заработок на что-то практическое, как тот же Майкл Наки организует сборы для ВСУ. Вот и получается, что в этом своём Прощании с идеализмом Светов просто заявил, что вы, мол, всё делаете неправильно, но не наметил для своих потенциальных сторонников новых ориентиров. Неудивительно, что довольно многие читатели сделали вывод: Светов предлагает сложить лапки и сдаться на милость власти, она, дескать, милосерднее, чем вы про неё пишете.
Думаю, Светов не занимается практической деятельностью просто в силу того, что у него это плохо получается. Все общественные организации, в которых он состоял, были им развалены. Офлайн-бизнес был открыт вопиюще несвоевременно и вполне закономерно оказался убит милосердной властью. Вот он и предаётся тем занятиям, к которым ещё испытывает тягу: следит за новостями, комментирует их, и иногда рефлексирует о тщете бытия. Может, просто дать дедушке отдохнуть на пенсии, а не требовать движа?
И напоследок позитив, чтобы не уподобляться Михаилу Светову. Если вы хотите движа, в условиях, когда милосердная власть старательно выпалывает любые публичные организации, то движ должен быть партизанским. Считаете, что важнее ослабить Путина – вам дорога в Роспартизан. Считаете, что важнее усилить себя и обрести ту самую силу, без которой не бывает права – вам дорога в агоризм. Внедрением различных агористических практик я как раз и занимаюсь.
-
Что делать либертарианцу в эмиграции?
Эту тему я предложила раскрыть Михаилу Светову в его выступлении на МТЛ-Фесте 2023, но он предпочёл рассказать о том, что надо думать о глобальных вещах и строить либертарианский интернационал. При подготовке МТЛ-Феста 2024 я предлагала дать Михаилу Пожарскому тему “Что делать либертарианцу в России”, но он рассказал о том, почему эмиграция это свинство, и каждый сваливший из страны делает хуже оставшимся в ней. Пожалуй, лучше мне самой поразмышлять о сабже, а не докапываться дальше до именитых блогеров, они уже сказали, что хотели.
В рассуждениях обоих Михаилов есть общие нотки. Светов напоминает о том, что политэмигрант это беженец, он обычно беден, всё потерял на родине, и не должен чувствовать себя в безопасности на новом месте, а наоборот, должен держаться за мировосприятие “я на войне”, чтобы быть в тонусе, быть злым, быть готовым держаться за своих и мстить врагам. Пожарский рассказывает о потерянных эмигрантах, которые, переехав в другую страну, продолжают кринжово жить старой политической повесткой, чтобы придать себе хоть какое-то ощущение нужности и хоть какой-то смысл своей жизни.
Мне крайне не нравится и то, как Пожарский описывает эмигрантов, и то, кем Светов хочет их видеть. В моём представлении либертарианец это человек с развитым чувством собственного достоинства, умеющий органично встраиваться в рынок, ценящий добровольное сотрудничество и знающий, что именно предприниматели двигают мир вперёд. Функция либертарианца – мирно преуспевать, сохранять своё достояние и быть примером для всех, кто тоже хочет стать достойным человеком.
Даже сваливая из старой страны в новую в спешке и без имущества, либертарианец не должен ощущать это, как “я жертва, я всего лишился”. Нет, он удачно закрыл бесперспективный проект и немедленно приступил к реализации нового, с учётом накопленного опыта. Должен ли он полностью замкнуться на своём обустройстве? Если это необходимо, на наиболее ответственном этапе своего нового жизненного проекта – то да. Как только появляется возможность, важно сразу поднимать голову над текущими хлопотами, осматриваться, налаживать или освежать дружеские и деловые контакты, осмыслять своё новое положение в более широком контексте.
Следует ли вовсе отринуть всё, что осталось в России или иной стране, откуда прибыл эмигрант? Опять же, не отринуть, но переосмыслить. Можно, скажем, не просто следить за тем, как там дела на российско-украинской войне, а выбрать себе конкретную бригаду, донатить ей на ништяки, и уже с гордостью рассказывать близким, мол, смотрите, как лихо воюет моя бригада. Или, скажем, вместо участия в убогих выборных компаниях где-то на краю земли, просто назначить себя депутатом прямо тут, в диаспоре, и получать опыт реальных дел, зарабатывать реальный авторитет. Государство где-то там, а общество – вот оно, здесь. Мы же все индивидуалисты, мы образуем общество, а не идём на поклон к государству, как коллективисты какие-то убогие.