#зеленский — Public Fediverse posts on home.social

Alterego_Midshipman @[email protected] · 2026-05-09 · 10:53 UTC

Это уже не про «память». Это про мобилизацию через память. Про превращение мертвых в политический ресурс. И именно поэтому вокруг темы «дидов на палке», Зеленского, «разрешений» и войны столько истерики, злобы и нервного напряжения — потому что речь давно идет не о прошлом, а о праве управлять настоящим через прошлое.

«Диды на палке»: как память превратили в государственный ритуал

То, что когда-то выглядело как человеческая история про семейную память, довольно быстро стало частью государственной машины. И это ключевой момент.

Изначально «Бессмертный полк» был попыткой вытащить войну из бронзы и официоза — вернуть ей лица конкретных людей. Дедов. Прадедов. Родственников. Но в какой-то момент государство увидело в этом идеальный инструмент: эмоциональный, массовый и почти неуязвимый для критики.

Дальше произошло то, что всегда происходит с подобными инициативами в авторитарной системе: живую память стандартизировали.

Портреты начали носить по приказу. Школьников — строем. Бюджетников — «для массовки». Символ стал обязательным. А как только память становится обязанностью, она перестает быть памятью и превращается в ритуал лояльности.

Именно отсюда родилась эта грубая, злая формулировка — «диды на палке». Не как атака на ветеранов, а как реакция на государственную эксплуатацию войны. На попытку превратить трагедию миллионов в нескончаемый политический сериал под лозунгом «можем повторить».

Зеленский и тема «разрешения»

Отдельный нерв — постоянные разговоры про «разрешение Зеленскому». Здесь вообще сталкиваются две несовместимые политические модели.

Российская пропаганда годами продвигает идею, что Украина якобы не субъект, а территория внешнего управления. Отсюда бесконечные разговоры про «разрешили», «не разрешили», «Вашингтон приказал», «Лондон запретил».

Но по другую сторону фронта вопрос звучит иначе: имеет ли Украина право самостоятельно определять пределы самообороны и получать инструменты для этой самообороны.

И вот здесь проходит фундаментальная линия конфликта.

Для одной стороны мир до сих пор устроен через «зоны влияния», где большие державы решают судьбу малых стран.

Для другой — существует принцип суверенитета: если на тебя напали, ты имеешь право защищаться, независимо от того, нравится это соседней империи или нет.

Поэтому спор идет не только о ракетах, ударах или переговорах. Спор идет о самом праве Украины существовать как политического субъекта.

История как оружие

Самое мрачное во всей этой истории — то, насколько активно прошлое превратили в боеприпас.

Война XX века сегодня используется для оправдания войны XXI века. Причем обе стороны апеллируют к одной и той же памяти о Второй мировой — но делают из нее противоположные выводы.

Прокремлевский нарратив говорит: «Дед воевал с фашизмом — значит, нынешняя война является продолжением той борьбы».

Украинский ответ звучит зеркально: «Дед защищал свою землю от захватчика — следовательно, агрессором является тот, кто пришел с войной сегодня».

И в этом главный ужас ситуации: одна и та же историческая травма стала источником двух взаимоисключающих политических реальностей.

Главная трагедия

В итоге портреты погибших стали не символом скорби, а элементом информационной войны.

История перестала быть местом памяти — и стала инструментом управления эмоциями. Слова потеряли значение. «Мир» теперь часто означает капитуляцию. «Защита» — вторжение. «Освобождение» — разрушенные города.

А между всем этим — реальные люди, реальные смерти и семьи, которые больше не разговаривают друг с другом, потому что живут внутри разных версий реальности.

И, возможно, главный вопрос сегодня даже не политический.

Сможет ли постсоветское пространство когда-нибудь вернуть памяти о войне человеческий масштаб — без государственного культа, истерики и попыток использовать мертвых для оправдания новых войн.

https://bastyon.com/post?s=34e45117b721d13f45eb07cda10ba7aa4405102c2d3efd9a812cbefeae109873&ref=PJ51iZCUEtcVrCj4Wof8Am7FbKLgbAJ7PS

#БессмертныйПолк
#ДидыНаПалке
#ИсторическаяПамять
#Пропаганда
#ПолитикаПамяти
#ИнформационнаяВойна
#Россия
#Украина
#Война
#Зеленский
#Кремль
#Геополитика
#Суверенитет
#ИсторияКакОружие
#МанипуляцияСознанием
#ПостсоветскоеПространство
#ВоеннаяПропаганда
#Политтехнологии
#Медиа
#Аналитика
#Идеология
#Нарративы
#СовременнаяИстория

Самое страшное во всей этой истории даже не пропаганда. Пропаганда была всегда.

Страшно то, что мертвых окончательно поставили в строй.

Портреты людей, прошедших мясорубку Второй мировой, превратили в элемент политического декора. В QR-код лояльности. В пропуск на «правильную сторону». И чем громче кричат про «память», тем меньше там остается самой памяти.

Когда дед становится аргументом в телевизоре — это уже не про уважение к ветеранам. Это про попытку легализовать настоящее через прошлое.

Причем обе стороны конфликта сегодня разговаривают языком одной войны, только выводы делают диаметрально противоположные. Одни кричат про «борьбу с фашизмом», другие — про «борьбу с оккупацией». А между этими лозунгами — кладбища, руины и поколение людей с полностью сломанной психикой.

И вот это, пожалуй, главный итог эпохи: история перестала быть уроком. Ее сделали боеприпасом.

Мертвые снова идут впереди колонн. Только теперь — информационных.

#бессмертныйполк #дидынапалке #историческаяпамять #пропаганда #политикапамяти #информационнаявойна

Alterego_Midshipman @[email protected] · 2026-05-09 · 10:53 UTC

Это уже не про «память». Это про мобилизацию через память. Про превращение мертвых в политический ресурс. И именно поэтому вокруг темы «дидов на палке», Зеленского, «разрешений» и войны столько истерики, злобы и нервного напряжения — потому что речь давно идет не о прошлом, а о праве управлять настоящим через прошлое.

«Диды на палке»: как память превратили в государственный ритуал

То, что когда-то выглядело как человеческая история про семейную память, довольно быстро стало частью государственной машины. И это ключевой момент.

Изначально «Бессмертный полк» был попыткой вытащить войну из бронзы и официоза — вернуть ей лица конкретных людей. Дедов. Прадедов. Родственников. Но в какой-то момент государство увидело в этом идеальный инструмент: эмоциональный, массовый и почти неуязвимый для критики.

Дальше произошло то, что всегда происходит с подобными инициативами в авторитарной системе: живую память стандартизировали.

Портреты начали носить по приказу. Школьников — строем. Бюджетников — «для массовки». Символ стал обязательным. А как только память становится обязанностью, она перестает быть памятью и превращается в ритуал лояльности.

Именно отсюда родилась эта грубая, злая формулировка — «диды на палке». Не как атака на ветеранов, а как реакция на государственную эксплуатацию войны. На попытку превратить трагедию миллионов в нескончаемый политический сериал под лозунгом «можем повторить».

Зеленский и тема «разрешения»

Отдельный нерв — постоянные разговоры про «разрешение Зеленскому». Здесь вообще сталкиваются две несовместимые политические модели.

Российская пропаганда годами продвигает идею, что Украина якобы не субъект, а территория внешнего управления. Отсюда бесконечные разговоры про «разрешили», «не разрешили», «Вашингтон приказал», «Лондон запретил».

Но по другую сторону фронта вопрос звучит иначе: имеет ли Украина право самостоятельно определять пределы самообороны и получать инструменты для этой самообороны.

И вот здесь проходит фундаментальная линия конфликта.

Для одной стороны мир до сих пор устроен через «зоны влияния», где большие державы решают судьбу малых стран.

Для другой — существует принцип суверенитета: если на тебя напали, ты имеешь право защищаться, независимо от того, нравится это соседней империи или нет.

Поэтому спор идет не только о ракетах, ударах или переговорах. Спор идет о самом праве Украины существовать как политического субъекта.

История как оружие

Самое мрачное во всей этой истории — то, насколько активно прошлое превратили в боеприпас.

Война XX века сегодня используется для оправдания войны XXI века. Причем обе стороны апеллируют к одной и той же памяти о Второй мировой — но делают из нее противоположные выводы.

Прокремлевский нарратив говорит: «Дед воевал с фашизмом — значит, нынешняя война является продолжением той борьбы».

Украинский ответ звучит зеркально: «Дед защищал свою землю от захватчика — следовательно, агрессором является тот, кто пришел с войной сегодня».

И в этом главный ужас ситуации: одна и та же историческая травма стала источником двух взаимоисключающих политических реальностей.

Главная трагедия

В итоге портреты погибших стали не символом скорби, а элементом информационной войны.

История перестала быть местом памяти — и стала инструментом управления эмоциями. Слова потеряли значение. «Мир» теперь часто означает капитуляцию. «Защита» — вторжение. «Освобождение» — разрушенные города.

А между всем этим — реальные люди, реальные смерти и семьи, которые больше не разговаривают друг с другом, потому что живут внутри разных версий реальности.

И, возможно, главный вопрос сегодня даже не политический.

Сможет ли постсоветское пространство когда-нибудь вернуть памяти о войне человеческий масштаб — без государственного культа, истерики и попыток использовать мертвых для оправдания новых войн.

https://bastyon.com/post?s=34e45117b721d13f45eb07cda10ba7aa4405102c2d3efd9a812cbefeae109873&ref=PJ51iZCUEtcVrCj4Wof8Am7FbKLgbAJ7PS

#БессмертныйПолк
#ДидыНаПалке
#ИсторическаяПамять
#Пропаганда
#ПолитикаПамяти
#ИнформационнаяВойна
#Россия
#Украина
#Война
#Зеленский
#Кремль
#Геополитика
#Суверенитет
#ИсторияКакОружие
#МанипуляцияСознанием
#ПостсоветскоеПространство
#ВоеннаяПропаганда
#Политтехнологии
#Медиа
#Аналитика
#Идеология
#Нарративы
#СовременнаяИстория

Самое страшное во всей этой истории даже не пропаганда. Пропаганда была всегда.

Страшно то, что мертвых окончательно поставили в строй.

Портреты людей, прошедших мясорубку Второй мировой, превратили в элемент политического декора. В QR-код лояльности. В пропуск на «правильную сторону». И чем громче кричат про «память», тем меньше там остается самой памяти.

Когда дед становится аргументом в телевизоре — это уже не про уважение к ветеранам. Это про попытку легализовать настоящее через прошлое.

Причем обе стороны конфликта сегодня разговаривают языком одной войны, только выводы делают диаметрально противоположные. Одни кричат про «борьбу с фашизмом», другие — про «борьбу с оккупацией». А между этими лозунгами — кладбища, руины и поколение людей с полностью сломанной психикой.

И вот это, пожалуй, главный итог эпохи: история перестала быть уроком. Ее сделали боеприпасом.

Мертвые снова идут впереди колонн. Только теперь — информационных.

#современнаяистория #нарративы #идеология #аналитика #медиа #политтехнологии

Alterego_Midshipman @[email protected] · 2026-03-15 · 19:57 UTC

Президент Зеленский заявил, что на данный момент три команды украинских военных отправились в страны Персидского залива для помощи в отражении иранских атак.

По словам президента, первые страны, в которых будут действовать украинские спецы — это Катар, Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты.

@yigal_levin

Один из самых читаемых израильских новостных порталов Ynet вышел со статьей про украинские дроны с заголовком — "Дроновая сверхдержава поможет США в борьбе с иранскими шахедами".

В тексте отмечается, что Украина за четыре года создала дешевые и эффективные средства перехвата и уничтожения беспилотников, и теперь Зеленский предлагает эти технологии другим странам, но не бесплатно.

Подчеркивается, что украинцев не удивить "шахедами": уже годы Киев противостоит массированным российским атакам.

В свою очередь, Украина может ориентироваться на укрепление связи с США и привлечение инвестиций из стран Персидского залива в свой развивающийся оборонный сектор.

Издание пишет, что для Зеленского это момент стратегического решения, так как он наглядно иллюстрирует всему миру, что слова Трампа о том, что у него якобы нет карт, оказались неверными.

Теперь же Украина по факту оказалась в положении технологического спасителя американских интересов на Ближнем Востоке.

Прежде всего — в необходимости лучше защитить государства Персидского залива, близких союзников Вашингтона.

Украинский опыт уникален и актуален, особенно с упором на то, что он опирается на реальные годы живого опыта и на креативные технологические решения.

@yigal_levin

Хэштеги для этого материала могут быть такими:

#УкраинскиеДроны
#DroneDefense
#Шахеды
#YnetNews
#ВоенныеТехнологии
#УкраинаСША
#БлижнийВосток
#ПерехватБПЛА
#Зеленский
#ОбороннаяПромышленность
#ТехнологическийЭкспорт
#ИнновацииВВПК
#ЗащитаСоюзников
#MiddleEastSecurity
#DroneIntercept

Если нужно, могу сделать ещё более «мемно-лайтовый» вариант для соцсетей с акцентом на «сверхдержаву дронов».

#украинскиедроны #dronedefense #шахеды #ynetnews #военныетехнологии #украинасша